В самом начале, еще во время работы над безымянной студией в «скандинавском стиле», мы в качестве рабочего названия использовали в шутку «Сарай» — «пойдешь, закинь шуруповерт в сарай», «сегодня я спал в сарае – ребята, это ооочень уютно», «до сих пор не придумал название для студии — если так пойдет, назову ее сараем»… и вот стройка закончилась, а «сарай» остался — поразмышляв немного, мы поняли, что, на самом деле, название сочетает в себе потрясающую игру смыслов, каждый из которых как на подбор точно укладывается в дизайн студии. Об этой увлекательной игре смыслов и расскажет история «Сарая».

Скандинавский заход

Ключевой составляющей в дизайне будущей студии стали природные материалы: массив дуба, натуральная кожа, лен, хлопок, мех. Хотелось наполнить студию, расположившуюся на 8 этаже над историческим центром Москвы, теплыми, простыми штрихами — все то, чем так славится минималистичный скандинавский дизайн. Поначалу прилагательное «скандинавский» казалось определяющим в эстетике будущего интерьера.

«Снаружи дворец,
внутри сарай»

Русская поговорка, иронично применимая к тому, что стало получаться у нас по мере работы, в действительности очень точно описывает произошедшее смещение концепции от просто «скандинавской» в сторону русского «сарая» — собранные в одном пространстве овечьи шкуры, небольшая поленница из дубовых дров и вертикальные инсталляции из массива дуба, похожие на стены со щелями, довольно быстро стали напоминать нам что-то свое, родное, как бы в противовес предшествовавшему поиску готовых, «красивых» решений.
Так появилось рабочее название «сарай».

Мы стали играть в эту игру и проводить аналогии. И первой стала идея света, вдохновленная новым ракурсом на тематику студии: вспомнив уютную картину, как в солнечные дни свет, проходя через стены старенького сарая, рисует причудливый узор на стенах, мы решили воспроизвести этот эффект и в студии, и добавили его в вертикальные инсталляции из дуба. Получилось очень уютно. Затем добавили сюда и белоснежную кровать, окруженную льняными занавесками, придав всей инсталляции атмосферу укромного, защищенного от внешнего мира уголка.

Снаружи сарай,
внутри – кибитка

Последнее решение с укромным уголком навело нас
и на более обобщенные параллели: неожиданно для самих себя мы вспомнили, что в некоторых южных регионах России сарай в народе называли еще иногда кибиткой – в случаях, когда отдавали в пользование подрастающему в семье поколению. С этого момента войти сюда без стука взрослый уже больше не мог – сарай переставал быть сараем и становился укромным домиком, «убежищем», местом первой свободы, а подросток – полноправным хозяином своего кибитки-сарая. Здесь мог случиться первый поцелуй или первый старт двигателя и начаться первое путешествие на мотоцикле по деревне. Сарай становился местом, где все делалось с особым трепетом и без формальных суждений о красоте. Как и в нашем «Сарае».

Внутри – «Сарай»,
снаружи – «sarai»

Параллель с уютным домом, в духе крестьянской кибитки, получила для нас и еще один неожиданный ракурс, когда мы стали размышлять, что услышит в этом названии будущий гость «Сарая», еще не увидев студию изнутри. Русский, возможно, уловит некоторую иронию, представив соответствующее отечественное сооружение; для человека с Запада или из Азии, скорее всего, название останется просто словом… а для человека с Ближнего Востока первым значением окажется то, которое эти народы и вкладывали с самого начала в персидское sarāi – а именно «дворец».

Хижина, где смеются, богаче
дворца, где скучают

Броское название «Дворец» для небольшой студии 35 кв.м., если переводить с восточных языков, но эта игра смыслов в контексте народного отношения к сараю-кибитке придала нашему воображению русской удали – действительно, ведь недаром в народе говорят «Мой дом – мой дворец», а если наш «Сарай» сделан, чтобы дарить ощущение уюта и защиты от творящегося за его чертогами, чем то не дворец?

Кроме того, по одной из версий, с этимологией русского «сарая» связывают юмор русских крестьян, окрестивших обычный сарай таким именем просто из иронии над сараями-дворцами и самим названием столицы Золотой Орды. Как бы там ни было, с учетом сохранившихся поговорок, мудрости им было не занимать. Так и наш Сарай – если даже не таков по форме, то уж точно по содержанию.

Volvo 240 Wagon, «Сарай»

Финальной кодой в расстановке дизайнерских и смысловых ак-
центов в «Сарае» стала работа над декоративными элементами и, в частности, над выбором талисмана студии – модельки автомобиля в масштабе 1:18. По иронии, начав эту студию со скандинавской стилистики, оттолкнувшись от нее и увлекшись игрой в русский «сарай», мы неожиданно пришли к очередной нордической ноте в завершении этой легенды: выбор наш пал на красный Volvo 240 Wagon – шведский автомобиль, идеально вписавшийся в цветовую и стилистическую палитры студии.

Но особым, завершающим росчерком здесь оказался тот факт, что сараями в России принято называть не только хозяйственные постройки, но и – в знак почета их особой вместительности и незаменимости в делах хозяйства – обычные старые автомобили-универсалы. Как, например, и эту модель.

Читайте также
легенду студии-побратима
студии «Сарай»

round-tree

Древо
легенд

СТУДИЯ 4 ФРАНЦУЗСКАЯ

Утро в
Париже

О том, почему во Французской студии
можно написать роман,
о незабываемом утреннем душе
и томительных рассветах над изголовьем.

БлогМама Ро