Начало

Знаете ли вы, друзья, что 12 мая 2012 года – дата начала проекта Мама Ро?

В этот день мы, трое друзей, пришли на Спиридоновку и начали строить самые первые студии. Мы решили вспомнить, как это было, и собрали небольшую фотолетопись той эпохи.

Под первую пробу пера нам попался ушатанный в хлам офис родом из 90-х. Но уже сквозь не ломаные стены мы влюбились в это пространство и почитали почти за родное. Оставалось наскрести предоплату и отсечь лишнее.

8 кубов объема или 5 тонн строительного мусора — даже несмотря на это, Володя продолжал уверять, что мог бы еще грузить и грузить сутками напролет. И сдохнуть — парировал ему Толя.

В отличие от Володи, Антон и Толя ограничились сладостным чувством упоения от проделанной работы и через пару часов свалились непробудным сном.

Володя самый младший в новорожденной компании. Впрочем… на лице и так все написано. Впереди все круги ада.

Шествие антигламур — так Толя озаглавил эти краткие поездки до мусорного контейнера меж дорогих авто элитного квартала Патриарших.

Возвращение с «шествия антигламур». 10-минутная поездка обратно — краткий отдых перед новым кругом погрузки. В теплый майский день и после выгрузки налегке — бесценные моменты.

Момент овладения наукой шпателя. Самую первую стену с упоением шпаклевали голыми руками.

15-ый день стройки: накрыли мешки со штукатуркой и отметили Володин день рождения. Но забыли взять пластиковую посуду, поэтому салат на хлеб пришлось мазать ключом для болгарки.

Момент истины: прямо перед самой первой закупкой стройматериалов звонит инвестор, чтобы сообщить, что забрал все деньги со счета и уходит из дела. Остаемся без гроша в кармане. На столе смета, с которой только что собирались идти на закупку. Ирония момента в том, что нам бы все равно не хватило тех денег. А пока что думаем, где одолжить стартовый капитал. Помогут все друзья. С миру по нитке.

Хмурный Сталкер, завалившийся посреди строительного мусора — так наитие быстрее находит тропки к его сознанию.

Хлеба край — так и под елью рай. Одни из самых вкусных обедов в нашей жизни.

Бизнес-презентация, старательно подготовленная для предполагаемого инвестора, не сослужила нам службы — пришлось построить все самим, сократив количество студий до двух — но собрала воедино витавшие в бурных обсуждениях задумки будущего проекта.

Сухая штукатурка служила Володе антистрессом — он говорит, что пока гулял по ней, представлял себя у моря.

Деньги, одалживаемые нами на стройку, таяли так стремительно, что занимать просто не поспевали. Чего говорить о провианте — в моменты особой кручины выручали боевые подруги.

«Шпатель в камне» — согласно древней кельтской легенде, юноша, который вынет шпатель, сможет сутками напролет строить студии Мама Ро, не зная усталости. Увы, не получилось ни у одного из нас.

Толя увлекся процессом. Домкратим, чтобы выровнять полы между комнатами, объединенными в студию. Пока не получается.

Фронтовое ранение.

Фронтовая перевязка. Мы невольно проводили, хоть и наивные, параллели с историями, читанными о быте во времена ВОВ, настолько в жесткие рамки была вписана вся работа: работали с 11 утра и до часу ночи, без выходных, 69 дней от звонка до звонка. По утру ломило во всех частях тела. А к концу стройки каждый из нас весил в среднем на 10 кг. меньше, чем самом в начале.

Воодушевленный дамским обществом, увенчанный штукатурным подвигом боец травит фронтовые байки.

Занизили подвеску стройматериалами. Антон уже на стиле, но не до конца: осталось утрамбоваться самим.

Гений места на электропогрузчике. Ни один из операторов этой машинки не согласился попытаться продеть полтонны будущего пола в игольное ушко. Пока за руль не сел парень с ДЦП, изящно и до сантиметра точно с одного раза уложивший груз. По фото, увы, не понять восторга момента, но в будущем мы еще неоднократно убедимся, что на таланте таких ребят стоит Мама Ро.

Скрижаль строителя. Сосновая доска, карандаш, смелые планы.

Уровень — безобидная желтая палка с двумя пузырьками в трубочках — превратилась на нашей стройке в настоящий бич. Не ровен был час, когда что-то выходило «не по уровню». В те моменты защитный рефлекс психики превращал весь процесс в настоящий фарс. Да так, что даже спустя несколько месяцев, познакомившись с соседями по дому, мы слушали их изумленные рассказы о «нечеловеческих воплях», доносившихся летом со стройки. То был глас Володи, истошно вопящий «уровень». Мы невольно вторили ему. И так втроем, по кругу, снова и снова. Хвала господу, что жильцы так и не узнали, что это были мы.

Передвижение в салоне забитого под завязку стройматериалами Пежо почиталось нами за комфорт-пакет — в иные разы приходилось ездить, свешивая ноги из багажника. Под изумленным взором живущего где-то здесь же неподалеку Якубовича.

Душъ — дореволюционная орфография подняла отношения на стройке на новую высоту. Анатолий Николаевич передает Владимиру Александровичу фломастеръ.

Грузовичок Портер, Антон и луч. Везем партию половой доски в Маму Ро. Все лето пролетело в ударной стройке. Но двадцати минут солнца необъяснимо хватало для подзарядки на весь оставшийся день.

Володя якобы только что на спор перетягал полтонны половой доски. Горд.

На протяжении всей стройки мы слушали Высоцкого и Цоя. Для поддержания боевого духа. Один день Цоя, второй — Высоцкого. И так по кругу. Все 69 дней. На большее просто памяти айпада не хватило. Да и было как-то несподручно. С тех самых пор уши Володи, по его заверениям, «свертываются в трубочку» при звуке до боли знакомых мотивов. А от зубов Антона и Толи полная дискография Владимсеменыча и группы Кино отскакивает на ура. С абсолютно любого куплета.

За долгое время строительства мы научились кататься на тележках Леруа Мерлен не хуже, чем скейтбордисты на досках. Заключительный для Антона экзамен на подземной парковке. Уровень — бог.

30 метров металлопласта — самое легкое из всего, что перевезло Толино Пежо за время стройки.

Голь на выдумки хитра — цена на пирамиду вышла неподъемной, поэтому для перевозки стеклянной двери соорудили конструкцию самостоятельно. И перевезли, черт возьми!

Антон устал. Стройка шла без выходных, потому что поджимали арендные каникулы (которые мы все равно превысили дважды) — с 11 утра и до самого закрытия метро.

Толя величает себя пещерным человеком. Говорит, ему «нужна женщина, чтобы утащить ее за волосы к себе в пещеру». Суровое время, суровые нравы. Так повторялось дважды, пока он не закончил с проводкой в душевых обеих студий.

Володя, чело в светлой думе. В руках стаканчик кофе. Портрет.

Антон, чело в защитных очках и самодельном респираторе. Резка и укладка плитки. Автопортрет (селфи).

Толя, чело в скорбной думе. Портрет.

Толя, пломбир и стеклоблоки из Чехии. Последний момент перед началом возведения душевой. В голове Толи план.

Иногда на ночь все же успевалось посмотреть кино — так некая стена из фильма про Мумбай подала Антону идею буквально накануне возведения душевой.

Где-то далеко от Мумбая начинает воплощаться взятая из короткого кадра «Миллионера из трущоб» идея укладки душевой из стеклоблоков.

Первый блин комом — пришел вооружившийся уровнем Володя и заключил, что стеклоблоки пошли волной. В сердцах Толя разобрал уже почти законченную стену под самое основание. На уже риторический к тому моменту вопрос «зачем до пола то?» глас ярости в Толе ответствовал «потому что все к черту криво, даже само основание». Антон и Володя до сих пор смеются. На фото — вторая попытка. Она увенчается успехом.

Полевое ноу-хау: тщательно выверенная по уровню линия стеклоблоков фиксируется до момента схватывания раствора.

Володя в порыве держать, пока не схватится. Антон, подоспевший с шуруповертом, чтобы облегчить старания товарища (до страданий еще пока далеко — впереди установка стеклянной двери).

Циркулярной пилой иные из нас впервые научились обращаться здесь же, на стройке. Как и еще десятком других инструментов.

Первый запуск проектора над хаосом стройки — лакмусовая бумажка: если в пространстве становится уютно, можно считать, что студия удалась.

Пещерный человек Анатолий высекает из трансформаторов светодиодный огонь.

Самый сложный момент из всей укладки пола — приладить последнюю доску. Справиться смогли только втроем. Единым разумом.

Затирка миллиметровых швов — ювелирная работа, к тому этапу уже неподвластная огрубевшим за время стройки Антону, Володе и Толе. Роксана выручает.

Третий слой лака — после еще стольких же с блеском полов Мама Ро не сравнятся даже огни Медисон-Сквер-Гардена.

«Володи нет», «с утра мебель» и в воскресенье «открытие» — длина доски словно по откровению была выбрана с хорошим запасом. Ибо план и список дел медленно, но неумолимо поползут еще ниже. Недели на полторы-две.

Магия перевозки стройматериалов — где-то на улицах Москвы среди 4 миллионов других машин, едущих по своим делам, вы на двух авто участвуете в создании нового проекта.

 
Спустя ровно 69 дней с момента начала стройки, 19 июля 2012 года на Патриарших прудах были открыты самые первые две студии Мама Ро: Студия 1 и Студия 2

 

Студия 1

st1

 

Студия 2

st1

 
Подробнее об этой истории можно также узнать на Древе легенд Мама Ро:

СТУДИЯ 1&2
Боевое
крещение
О том, почему дети на дубовой ве-
точке – метафора первой и второй
студий, и почему бывает полезно,
когда на стартап никто не дает денег.

Поделиться: